30 апреля
Несмотря на вызванную объективными обстоятельствами рельефного характера задержку, солнце неумолимо заглянуло и в нашу ложбину. Из палаток показались заспанные лица. К счастью, в полном составе. Двоим из нас пришлось героически проделать это на час раньше остальных, поэтому аппетитный завтрак уже был на столе. Начальник был бодр, весел и полон решимости явиться на рандеву с сотрудником баскунчакского природного заказника вовремя. Дело в том, что попасть в пещеры без санкции соответствующих органов формально нельзя. И хотя до пещер оставалось каких-то два с половиной километра, Володя настойчиво требовал мобилизоваться и поспеть на место к девяти. У Ильи при загрузке велосипеда рюкзаком обнаружился свеженький люфт в рулевом – оперативно подтягиваем почти на ходу, карабкаясь по крутому склону к дороге.
Сев в седло, с досадой обнаружил, что поставил переднее колесо задом наперёд. Времени мало, исправление недоразумения откладывается до вечернего привала. Мчим к пещере.
Как ни странно, на точке нас никто не ждёт. Времени вдосталь и чтобы почитать информационный стенд, и чтобы умыться из источника, осмотреть окрестности и даже перекусить сладким. А вот у редактора времени вычитать текст плакатов на элементарные ошибки не случилось. Тем не менее, узнаём информацию о наличии целой системы пещер в окрестностях и об опасностях под землёй: во время дождя случались несчастья с не успевшими вовремя выбраться. После Володиного звонка, в дирекции заказника о нас, наконец, вспоминают, и ещё через четверть часа, когда половина группы уже могла наизусть декламировать информацию о пещере, на горизонте, поднимая пыль, показалась заповедная шнива.
▼Spoiler
Ня, карстовый рельеф!
Сотрудник заказника быстро решительно собрал деньги, невзирая на пенсии и звания, предупредил, что пещера, мол, живёт естественной жизнью, поэтому не наступите на мёртвую лису в полста метрах от входа. И показал на маячок, обозначающий один из четырёх входов в пещеру любезно оборудованный воздушной лесенкой из водопроводных труб и арматуры-десятки. Всё. Удачи, спелеологи!
С плохо скрываемым энтузиазмом, двенадцать спустились по тропинке на дно овражка и по одному скрылись в подземном царстве.
Я прежде в пещерах не бывал, потому прогулка по нерукотворному метро мне очень понравилась. Пещера несколько узковата, но достаточно сложно разветвлена, даже чуть было не заблудились на выходе из зала, где некогда располагался лагерь спелеологов. Благо всюду можно обнаружить нацарапанные стрелки на выход. Галереи напрочь лишены украшений, зато в самых узких частях за долгие годы экскурсионной жизни гипс отполирован выступающими частями туристов и туристок до полупрозрачного состояния, так, что внутреннюю структуру видно! Сделав коллективный снимок, так и не добравшись до подземного озерка, страшно довольные, выкарабкались на поверхность.
Снова яркое солнце, стрекот цикад, и никого на горизонте. Гражданин-сотрудник не удосужился даже подождать, все ли выберутся. А ведь как всегда нашлись и те, кто придумал себе клаустрофобию!
Что ж, пункт культурной программы №1 выполнен. Продолжаем. Оседлав велосипеды возвращаемся к исходной позиции и, наконец, спускаемся к котловине озера.
По мере приближения к Баскунчаку растительность становилась всё скромнее, и вот уже как у Эльтона сплошной травяной ковёр распался на отдельные островки, в колее то и дело стали появляться высолы. Проехали у подножья громады солевой мельницы с трёхэтажной надписью «Руссоль». Перекатились через подъездные пути и очутились в Нижнем Баскунчаке.
Ветер гонял перекати-поля по улицам посёлка, народу на улицах было немного. Прохожие, у которых мы поинтересовались, как нам проехать непосредственно к озеру сначала было предупреждали, что рапа в это время года ещё холодная, но потом, узнав откуда мы, спокойно указали на неприметный съезд на грунтовку за санаторием.
У закрытого шлагбаума, впрочем, не представлявшего препятствия для велосипедиста, нам живо пояснил диспозицию приветливый хозяин здешних душевых. Оказалось, что до места, где можно окунуться в полный рост путь неблизкий, семь километров. И это было бы полбеды, но обратно к его душевым тоже получалось бы семь, так что мы поехали просто к концу забора вдоль берега. Душевые, кстати, оказались по полтиннику с носа, плюс магазин сувениров под боком.
▼Spoiler
Ня, ходулочники!
Ряды выветренных деревянных свай уходили, причудливо извиваясь, в ослепительную белизну солёного озера. Выглянувшее было на секунду солнце попыталось нас обмануть, пока переодевались в купальное, но ледяной ветер насвистывал правду. Плюс двенадцать. Группа в полосатых купальниках выдвинулась на водные процедуры. Солевая корка похрустывала ледком на лужах. Метров через двести ноги наконец омыла холодная рапа. В этот раз только через десять минут брожения по щиколотку нашлось местечко, где можно было окунуться хоть на полкорпуса. Солёность воды в Баскунчаке 34 процента, и можно было бы полежать на поверхности, если бы не лежать на дне. Пройдя такое своего рода крещение, набрав солевых сувениров, полюбовавшись прекрасным видом на Богдо над озером, мы направились к берегу, усыпанному засоленной прямо на лету саранчой. При виде безбашенных купающихся карелов местной маме пришлось поддаться на уговоры детей побегать по рапе босяком. Но непременно в куртке!
Долгожданная возможность помыться! Занявшие десяток кабинок счастливцы успели разделить полтора ведра нагревшейся на скудном весеннем солнце воды, после чего раздался дружный весёлый визг. Я уже приготовился петь про мороз-мороз, но после зимних купаний в снегу вода показалась просто приемлемо бодрящей. Как и полагается на юге, мыло почти не мылилось, однако, стало всё же куда чище. Можно и в парадно-выходное одеться! Как-никак дальше запланирован обед в роскошном кафе «Арман».
По предварительной договорённости нас, как водится, ждали. Обещанного борща на всех не хватило, начальницкой палатке достался суп с лапшой. Все имевшиеся в зале розетки были немедленно заняты нашими зарядными устройствами, члены питерского филиала уже примеряли национальный костюм и местную музыку. Потом ещё выяснилось, что здешняя самса исключительно хороша. В общем, будете в Нижнем Баскунчаке –загляните в кафе «Арман», рекомендую!
Непременная часть ежедневной культурной программы – экскурсия в магазин. Илья заметил, что всякое подкрашенное-цветное к третьему дню пути надоело. Я с ним был совершенно согласен, поэтому в мой рюкзак отправилось абсолютно прозрачное.
Выдвигаемся к Богдо. Горка не выглядит угрожающе, всего-то около полутораста метров высотой. Однако группа всё же весьма значительно растягивается. Остановившись что бы поправить чуть съехавший рюкзак, сумел догнать ушедших вперёд участников только ко въезду на непосредственно заповедную территорию.
У шлагбаума из лонжерона от шишиги нас лениво поприветствовали хранители заповедника. Пока группа собиралась для организованного проезда к оборудованной тропе на юго-восточном склоне горы, успеваю кратко ознакомится с информацией на стендах. Представлено четыре маршрута по на первый взгляд ничем не примечательным грунтовкам вокруг горы, в том числе и большой велосипедный на двадцать километров (правда, на собственных велосипедах за свои же деньги), два неработающих автомобильных, и пешеходный. Ну а нам же просто внутрь пройти, что-то около трёхсот с носа. Рядом несколько плакатов рассказывают о шедеврах кинематографии, отснятых как непосредственно на Баскунчаке, так и в окрестностях.
Ещё три километра уже вдоль самой подошвы горы. Левая колея куда выше правой. Теперь с дороги съезжать нельзя даже на велосипеде – природоохранный режим! Сквозь покрывало степных трав на склоне регулярно прорезываются изъеденные ветром скальные останцы. Снова повеяло геологическим временем. Ощущение это вдвойне усилилось, когда, спешившись, поднимались по оборудованной тропе непосредственно на гору, где вода, ветер и крутизна склонов обнажали терракотовую слоистость древнего моря.
В самой высокой части тропы оборудована смотровая площадка, с которой открывается замечательный вид на блюдце Баскунчака; становятся видны солевые выломы, а где-то в мареве угадывается крошечная громада добывающего комбайна. В другую сторону вооружённый взгляд, пробегая через шахматные солнечные пятна на полынной степи через дюжину километров к югу, обнаруживает остатки засухоустойчивого леса – последние следы ботанических экспериментов двадцатых-пятидесятых-шестидесятых годов Опытной Богдинско-Баскунчакской лесоводческой станции. Где-то там проходит большое Богдинское велокольцо. Дальше деревянные помости спускаются на северный склон горы к живописным останцам «Череп». Бывалые туристы рассказывают, что семь лет назад всюду можно было гулять по склонам – теперь охранный режим. Оно и неплохо, в общем. Стоит только вслушаться в наименование одной из экологических групп местных растений – эфемериды, чтобы почувствовать с щемящей нежностью всю хрупкость полупустынной природы центральной Евразии.
▼Spoiler
Эфемериды – цветковые растения, первыми расцветающие в оттаивающей после суровой зимы степи. Их вегетация длится несколько недель от проклёвывания из семечка к цветению, опылению, плодоношению и гибели, чтобы высеяться в трещины иссушаемой степи в ожидании новой весны
Особый восторг испытывает Люда. Семь лет назад, когда она только присоединилась к «Колесу», на привальной, во время просмотра фотоотчёта её буквально заворожили «полосочки» горы Богдо. И вот, она сама карабкается по полосатому склону. Воистину, «Колесо» сансары.
К слову, гора Богдо очень удобна для пеших и велотуристов. Дело в том, что это растущая гора. Как я понял механизм солевой тектоники, хлорид натрия дюже плотный материал, не особо пористый. А отложения на дне Баскунчака и под ним достигают километровой мощности! Соответственно, пока вы карабкались наверх, бродили по склонам, любовались видами окрестностей с высоты птичьего помёта, гора, выдавленная относительно тяжёлой солью, чуток подросла, сообщив вам немного дополнительной потенциальной энергии. И, хотя, эта прибавка составляет всего порядка 0,6 мм в год, обратно в степь ехалось очень бодро!
Попрощавшись со смотрителями заповедника и кошкой, устремляемся на юг от горы. У разветвления полевых дорог кто-то привёз лошадку попастись в характерного вида прицепчике. Мы же весело крутим педали, развиваем отличную скорость! Дорога накатанная, без сюрпризов, и я под мерные взмахи ног, своих и коллег, погружаюсь в поэзию. В попытке понять, почему же я на давешнем творческом вечере регулярно лажал, забывая начало ключевой строфы любимых стихов, перебрал, мурлыкая под нос, весь свой скромный поэтический альманах. Как раз на стишках Г. Самойлова из начала колонны поступает предложение остановиться снова слева от дороги (хм, тенденция, однако!).
Спешившись, с удивлением обнаружили, что в степи не так много мест, где можно было бы расставить полдюжины палаток – по четыре квадратных метра без следов жизнедеятельности местной фауны найти оказалось не просто. Лагерь получился довольно просторным. До начала приготовления к непосредственно ужину, быстренько перебросил переднее колесо в правильную сторону.
После похода в магазин, меню разнообразилось свежей зеленью. Собственно, наскоро ознакомившись со свежей прессой Баскунчакского заказника за 24 год, искренне порадовавшись за успехи сотрудников заповедника, мы приступили к приготовлению меню, с чем справились довольно быстро.
Тут же Володе пришла в голову замечательная идея продолжить традицию поэтического вечера. На культурной повестке дня был Леонид Филатов дорогой, рассказавший нам сказ про Федота-стрельца. Так и прошёл ужин. Обошлось без ядрёного заячьего помёта.
Полюбовавшись игрой последнего света на склонах прекрасной горы, накушавшиеся сытые и довольные участники отправились спать.
