Re: РЕТРОСКОП

РЕТРОСКОП

Мастер спорта по езде за хлебушком на велосипеде.
Если не я построил велосипед - это не мой велосипед.

Re: РЕТРОСКОП

kisa, мотоцикл подперт чем-то, велосипедист головой упирается чтоб равновесие держать. Сложное искусство старинной фотографии!

Re: РЕТРОСКОП

А что у велосипедиста под передним колесом??
Лёд??

Re: РЕТРОСКОП

Дык, выдержка старинных фотокамер была длительной, потому-то и пришлось что-то придумывать для такой фотографии.

"Ненавижу, когда все шагают в ногу одинаково стриженые, одинаково одетые, с одинаковыми мыслями в одинаково пустых головах" (С) Кий.

Re: РЕТРОСКОП

DVDshnik пишет:

выдержка старинных фотокамер

img/bs НЕпостановочные фото в те времена ещё и не существовали по этой самой технической причине.

Мастер спорта по езде за хлебушком на велосипеде.
Если не я построил велосипед - это не мой велосипед.

Re: РЕТРОСКОП

Мужик на моторе словно из наших дней.

Re: РЕТРОСКОП

Зима. Утро. Давно.
РЕТРОСКОП

Re: РЕТРОСКОП

Bob, Британія?

Re: РЕТРОСКОП

Нет, но Европа.

Re: РЕТРОСКОП

РЕТРОСКОП

Re: РЕТРОСКОП

Пара интересных фотографий из коллекции Веломузея, запечатлевших девушку-велотуриста в походе по Ленинградской области в середине 1950-х годов. Велосипед - ХВЗ В-110 "Прогресс".
РЕТРОСКОП РЕТРОСКОП
Взято отсюда :https://www.facebook.com/oldvelo/?__tn_ … ZO_yFc9d-A

Re: РЕТРОСКОП

О, штатный руль перевернут  img/ay
Это не она велосипед-то потеряла?   img/ag

Re: РЕТРОСКОП

Тульская традиция. Журнал Огонек (№ 36), 1948.

Spoiler

РЕТРОСКОП
Издавна славится Тула своими велосипедистами, выросшими на первом в России треке. Пятьдесят один год назад на месте теперешнего красавца-трека была узкая бетонная дорожка с низкими виражами. Вместо просторных трибун стояла неудобная и маловместительная двухэтажная беседка. Но уже тогда начинала зарождаться слава целой плеяды первоклассных спортсменов. Из поколения в поколение здесь передавалась любовь к велосипедному спорту. Не раз приезжали сюда иностранцы в погоне за легкими победами и терпели сокрушительные поражения.
За пятьдесят лет своего существования этот лучший велосипедный стадион страны видел всех русских светил — от москвича Бутылкина
и одессита Уточкина до Игоря Ипполитова и Вениамина Батаена. И поныне туляки — Зоя Дьяконова и Михаил Пушкин — с честью отстаивают полувековую спортивную славу своего города.

За три недели до первенства СССР здесь собрались все сильнейшие велосипедисты страны.
Сверху трек похож на огромное блюдо. Днем от бетонных дорожек несло нестерпимым жаром, и поэтому тренировки проводились перед вечером.
Тульские болельщики, от стариков, помнящих выступления на треке знаменитого Уточкина, до десятилетних мальчишек, все свободное время проводили на трибунах.
Новичку, впервые попавшему на трек во время тренировки, трудно разобраться в происходящем. Велосипедисты носятся по кругу в несколько рядов, то и дело обгоняя друг друга. Одни идут в равномерном темпе, другие делают броски, и все это сливается в сплошную движущуюся массу, будто перед глазами кружится трехрядная карусель.
Но опытный глаз многолетнего болельщика сразу выхватывает из этого «перпетуум Мобиле» самое яркое, захватывающее — то, ради чего он пришел сюда.
На трибунах ни на секунду не умолкают споры.
— Ну, этот только в будний день силен. В праздник его не увидишь,— говорит о ком-то один из стариков.
Терминология этих зрителей и тонкое знание характерных черт любого из мастеров настолько точны, что может показаться, будто перед вами опытные тренеры по велосипеду. Вот на треке появляются грузный и всегда удивительно спокойный минчанин Борис Большаков и атлетически сложенный, с тонкой та
лией и широкими плечами, общий любимец Игорь Ипполитов. Внимание болельщиков приковывается к ним. У всех в памяти прошлогодний заезд в полуфинале первенства СССР, когда Ипполитов едва не был выведен из борьбы этим «шоссейником». Большаковым, вдруг переродившимся в спринтера.
Зрители уже успели заметить, что Игорь не пропускает ни одного броска Большакова. — Хитер Игорь, сразу двух зайцев убивает! Бориса испытывает и себя приучает к затяжному финишу на колесе!
— Еще бы! Большаков в резвости Батаену чуть уступает.
Несколько кругов, разогреваясь, Большаков и Ипполитов проезжают спокойно, будто накапливая силы, но каждый раз, когда группа подходит к отметке «200 метров», трибуны замолкают; там ждут броска, чтобы поймать на секундомер время гонщиков.
Большаков внезапно резко уходит на вираж и оттуда, встав с седла, во всю мочь бурно несется вниз, вдоль красной линии. Ипполитов плотно на колесе, словно на буксире, проносится по прямой и виражу и при выходе на финишную прямую пытается обойти лидера. Но так и приходит на колесо сзади.
— Вот тебе и на! — зашумели сразу несколько голосов.— Вот тебе и шоссейник!
Игорек-то ничего не смог сделать. Сколько они прошли-то?
— У меня двенадцать и пять! — Двенадцать и шесть! —. Здорово!
И сразу зажужжали, как пчелы в улье, одни, потирая от удовольствия руки, предсказывая победу малоизвестному на треке «шоссейнику», другие заявляя, что Батаен все равно свое возьмет. И когда на треке появляется Батаен, болельщики, вытянув шеи, подаются вперед, как пехотинцы из окопов, следящие за воздушным боем. Стрелки секундомеров, вздрагивая, бегут по циферблатам.
Только один секундомер остался безучастным. Этот старый секундомер, заводящийся ключом, был зажат в стариковской руке с распухшими, подагрическими суставами: две женщины, сидевшие рядом со старым болельщиком и засыпавшие его разными вопросами, отвлекали его внимание, и он не успел пустить секундомер. А Батаен тем временем, пройдя по самой нижней красной линии, проскочил финиш.
Сидящие на трибунах подались к тем, у кого были секундомеры: — Сколько?
— Что-то больно здорово,— недоверчиво и с восхищением произносит один из секундометристов.— Двенадцать и две!
— У меня двенадцать и четыре!
— А у меня даже ровно двенадцать! — Ну это ты зевнул!
Кто-то вынимает лупу и в нее разглядывает циферблат. Большинство секундомеров показали 12,2 секунды.
— Ну и здоров же, а? На две десятых выше рекорда!
— Для рекорда разгон-то нужно брать низом, а не сверху,—многозначительно подмигнув, замечает бравый мужчина с окладистой полуседой бородой.
— Все равно здорово! Ох, и битва же будет! И нужно было видеть, с какой нежностью
смотрел сейчас на своего любимца Батаена 55-летний переплетчик Николай Кузьмич Пузанов.
На Пузанова косятся за привязанность к москвичу, усматривая в этом измену тульским велосипедистам. Но он невозмутим:
— Не за кого в Туле стало болеть. Перевелись у нас спринтеры. Был силен «Митрич», болел за него, а теперь болею за Батаена. Что вам легче было бы, если бы я болел за Ипполитова?
Это и есть «профессиональные» болельщики. Их две группы. К первой относятся бывшие спортсмены, такие, как знаменитый Константин Суханов, чемпион СССР в гонках за лидером. Но наиболее многолюдна вторая группа любителей велоспорта. Почти все свободное время проведя на треке, переживая все перипетии борьбы вравную с гонщиками, они сами крупными спортсменами не стали. Здесь и представители тульской интеллигенции— врачи Степан Федосеевич Суетин и лучший в городе стоматолог Николай Евгеньевич Соболев, сын одного из зачинателей общества тульских велосипедистов, построившего этот трек. И сын Николая Евгеньевича — студент третьего курса мединститута. И старые рабочие, такие, как переплетчик Н. К. Пузанов, 46 лет проработавший в типографии газеты «Коммунар».
Десятилетним мальчишкой Пузанов впервые был послан на трек продавать программы и с тех пор не пропустил ни одного соревнования, оставаясь верным своим фаворитам в дни побед и в минуты тяжелых поражений.
Старые оружейники Павел Петрович Ермаков и 78-летний Михаил Тимофеевич Петров с первого дня существования трека привязались к нему на всю жизнь.
Знаменитые тульские болельщики.
РЕТРОСКОП
Все они тонкие знатоки велосипедной езды. Для тульских болельщиков нет большего огорчения, когда крупные соревнования происходят не на их треке.
Когда в 1939 году первенство СССР проводилось в Симферополе, Пузанов собрался в отпуск и отправился туда.
— Тысячу рублей денег истратил,— рассказывает Николай Кузьмич,— измотался в дороге, но зато гонки видел. И какие гонки! Рассказать невозможно. И теперь дух захватывает. Я, ведь, бывал на всех первенствах—и в Грозном и в Ленинграде. А в Москву мы целыми грузовиками ездили. В 1924 году, когда впервые выиграл первенство СССР Дмитрий Соловьев, туляков среди зрителей было больше, чем москвичей. Суханов в финале па
дал два раза, проиграл два круга Козлову, а к финишу оказался на пять кругов впереди ближайшего конкурента!..
На трибуну быстрым шагом поднимался небольшого роста пожилой человек с живыми черными глазами. Это и есть Суханов, знаменитый гонщик. Коренной туляк, всю свою жизнь проработавший на оружейном заводе токарем, он о гонке, которая была 24 года тому назад, говорит с таким жаром, будто только что слез с велосипеда и еще не успел успокоить дыхания:
— После падения я проиграл больше двух кругов и когда отыграл их, а потом стал обходить противников, земляки мои так неистовствовали, что я думал — сломают трибуны. Слез с машины, начали меня качать, целовать, как с ума все посходили!
Он закончил рассказ, заулыбался, и на его смуглом морщинистом лбу,— видимо, от волнения — выступили крупные капли пота. Раз
говор перешел на других знаменитых туляков, и доктор Соболев, изредка бросавший реплики, вспомнил о семье Соловьевых:
РЕТРОСКОП
— Много было у нас хороших гонщиков, и Георгий Соловьев относится к ним, но таких, как Дмитрий Соловьев, у нас, пожалуй, никто не помнит. Подобным ему рывком с места не обладал вообще ни один велосипедист. Поверите ли, рули и шатуны ломал, бывало! Из иногородцев у него в самом блеске его славь: выигрывал только москвич Алексей Куприянов. Зато их встречи и были самым ярким зрелищем за все существование трека.
— Ну да, а Батаен с Ипполитовым? — вставил кто-то.
— Эти — другое. Они еще ни разу не выступали в одинаковой спортивной форме. Один из них всегда все-таки сильнее другого. А те оба были равны, и уж тут кто кого перехитрит. Куприянов был разнообразней в тактике. Сво
им бурным темпом он умел предупреждать мгновенный бросок Соловьева. Бывало, появится в городе афиша всего в три слова: такого-то числа и громадными буквами; «Куприянов— Соловьев». Два дня соревнуются, и оба дня яблоку негде упасть, заборы ломала публика.
Но и в современной Туле интерес к велосипеду не меньший. За много дней до первенства страны все билеты на стадион были проданы. За день до первого старта в комнату к бывшему туляку Шелешневу вошел старик.
Гонщик много раз видел его на стадионе во время тренировок и при посещении завода, но так и не узнал фамилии.
Старик извинился, что беспокоит в такой день, и с мольбой в голосе спросил:
— Товарищ Шелешнев, говорят — на два дня перенесли начало гонок, верно это?
— По-моему, нет, это над вами кто-то пошутил.
— Ну, слава богу, а то я и без того совсем извелся. Поверишь, уже, две ночи не сплю: все думаю, кто выиграет. Как, по-вашему, наша Зоя выиграет?..

И вот, наконец, наступил день открытия первенства. С утра обновленный и украшенный флагами всех обществ стадион ждал гостей. Одетые в лучшие платья, как в самый большой праздник, шли туляки в парк, где расположен велотрек.
У ворот — толпа, не протолкнешься. К пяти часам трибуны полны. У заборов в четыре — пять рядов расположились зрители. Столетние березы и липы, окаймляющие трек, обвешаны людьми, как яблони в урожайный год плодами. Один смельчак залез на самую вершину березы.
Первые два дня соревнований — самые интересные. Разыгрывается классическая гонка на один километр. Только за нее чемпиону дается золотая медаль, и атмосфера к финалу накаляется до предела. Уже отгремели аплодисменты туляку Вячеславу Соловьеву, младшему из династии Соловьевых, попавшему в финал. Теперь все ждут развязки.
Большинство знатоков уверены, что за первое место снова борьба будет между Ипполитовым и Батаеном.
Взволнованный, с горящими глазами сидел в кругу старых друзей Николай Кузьмич Пузанов, Он уверен в победе Батаена, но волнуется, как всегда, перед большим спортивным событием.
— Ну, как, Николай Кузьмич, не боишься проиграть пари, а?
— Нет, не боюсь. Уж больно верный парень. Когда же на пьедестале встали победитель гонки ' Ипполитов, занявший второе место Большаков и третье — Батаен, осунувшийся, бледный Пузанов один в этой буре оваций был безучастным зрителем.
Однако в течение последних дней и на его долю выпало счастье: его любимец завоевал трижды звание чемпиона. И Николай Кузьмич с восхищением заявил:
— Нет, все-таки наши, теперешние, ярче старых гонщиков, огня в них больше! Ездят смелей, стиль другой, молодцы!


Re: РЕТРОСКОП

Даже болельщики знаменитые  img/rolleyes

Мастер спорта по езде за хлебушком на велосипеде.
Если не я построил велосипед - это не мой велосипед.

Re: РЕТРОСКОП

img/bayan